Гачиакута

Судьба Рудо, казалось, была предрешена с самого рождения. Проживая в трущобах небесного острова, он с детства носил клеймо сына убийцы, будучи изгоем в обществе, где малейшая провинность каралась жестоко. Его мир, ограниченный грязными переулками и всеобщим презрением, рухнул окончательно, когда Рудо ложно обвинили в убийстве своего приемного отца Регто. Не дав возможности защититься, его, как и прочих отверженных, сбросили в зияющую бездну за краем города – гигантскую мусорную яму, куда островитяне на протяжении поколений сбрасывали отходы и преступников. Падение казалось концом, но оно стало началом путешествия, которое перевернуло всё понимание Рудо о реальности. Очнувшись на бескрайних просторах свалки, он с ужасом и изумлением осознал, что его родной дом – всего лишь парящий в небе остров, а так называемая бездна и есть настоящая, забытая земля. Этот мир, отравленный ядовитыми испарениями и кишащий опасностями, оказался куда масштабнее и страшнее, чем он мог предположить. Оказавшись на поверхности, Рудо быстро понял, что выживание здесь – ежечасная борьба. Ядовитый воздух, казалось, разъедал лёгкие, а окружающий ландшафт из гор мусора таил неведомые угрозы. Одной из таких угроз стала атаковавшая его ожившая груда отбросов – первое столкновение с непредсказуемой опасностью этого нового, враждебного мира. В этот отчаянный момент, борясь за жизнь, Рудо получает не только шанс на спасение, но и тяжелейшее бремя. Перед ним встаёт двойная задача: во-первых, раскрыть правду о своём происхождении и о том, как устроен этот многослойный мир, где небесный остров возвышается над погружённой в хаос землёй. Во-вторых, он даёт клятву исполнить последнюю волю умирающего Регто – изменить прогнивший до основания порядок вещей. Этот путь приведёт его к разгадке мрачных тайн общества, которое предпочло сбрасывать свои проблемы в пропасть, и к противостоянию с системой, построенной на лжи и страхе. Чтобы выполнить завет отца и обрести собственное место, Рудо предстоит не просто выжить в этом адском пейзаже, но и подняться обратно, бросив вызов самим основам того мира, что когда-то его отверг.